Search results

Your search found 134 items
Previous | Next
Sort: Relevance | Topics | Title | Author | Publication Year View all 1 2 3
Home  / Search Results
Editor(s): Pearce, Andy
Date: 2018
Abstract: Remembering the Holocaust in Educational Settings brings together a group of international experts to investigate the relationship between Holocaust remembrance and different types of educational activity through consideration of how education has become charged with preserving and perpetuating Holocaust memory and an examination of the challenges and opportunities this presents. The book is divided into two key parts. The first part considers the issues of and approaches to the remembrance of the Holocaust within an educational setting, with essays covering topics such as historical culture, genocide education, familial narratives, the survivor generation, and memory spaces in the United States, United Kingdom, and Germany. In the second part, contributors explore a wide range of case studies within which education and Holocaust remembrance interact, including young people’s understanding of the Holocaust in Germany, Polish identity narratives, Shoah remembrance and education in Israel, the Holocaust and Genocide Centre of Education and Memory in South Africa, and teaching at Deakin University, Melbourne, Australia. Table of Contents Series editors’ foreword Preface Acknowledgements Introduction Education, remembrance, and the Holocaust: towards pedagogic memory-work Andy Pearce Part I: Issues, approaches, spaces 1. Lessons at the limits: on learning Holocaust history in historical culture Klas-Göran Karlsson 2. The anatomy of a relationship: the Holocaust, genocide, and education in Britain Andy Pearce 3. Väterliteratur: remembering, writing, and reconciling the familial past Carson Phillips 4. Memories of survivors in Holocaust education Wolf Kaiser 5. Figures of memory at the United States Holocaust Memorial Museum Michael Bernard-Donals 6. Imperial War Museums: reflecting and shaping Holocaust memory Rachel Donnelly 7. Beyond learning facts: teaching commemoration as an educational task in German memorials sites for the victims of National Socialist crimes Martin Schellenberg Part II: National perspectives, contexts, and case studies 8. Hitler as a figure of ignorance in young people's incidental accounts of the Holocaust in Germany Peter Carrier 9. Who was the victim and who was the saviour? The Holocaust in Polish identity narratives Mikołaj Winiewski, Marta Beneda, Jolanta Ambrosewicz-Jacobs, and Marta Witkowska 10. Conveying the message of Holocaust survivors: Shoah remembrance and education in Israel Richelle Budd Caplan and Shulamit Imber 11. Holocaust education in the US: a pre-history, 1939–1960 Thomas D. Fallace 12. The Presence of the past: creating a new Holocaust and Genocide Centre of Education and Memory in post-Apartheid South Africa Tali Nates 13. Educational bridges to the intangible: an Australian perspective to teaching and learning about the Holocaust Tony Joel, Donna-Lee Frieze, and Mathew Turner 14. Myths, misconceptions, and mis-memory: Holocaust education in England Stuart Foster
Date: 2018
Abstract: The fight against antisemitism through the means of education should begin from as early an age as possible. Various informal, educational projects exist that work towards this goal, using a number of different methods. However, these projects often operate separately and on an ad hoc basis in educational institutions, hence they lack an overarching concept or idea for the students. This makes the projects less efficient, and their short and long term impact becomes more difficult to evaluate. Generally speaking, Jewish history and religion are not part of the national curriculum in secondary schools. In the rare cases when aspects of Judaism are taught, the main focus is on the Holocaust, which often has a negative and counterproductive effect. For this reason, the main objective of the New World project was to educate students on topics such as Hungary’s role in the Holocaust (which is still not fully accepted by Hungarian society), prejudices, radicalisation and Jewish identity.

With the professional leadership and support of the Tom Lantos Institute, a complex educational project was realised. Its components build on each other, following a single line of thought: it incorporates the performance of the play New World, a subsequent drama-based pedagogical session and finally, 2-3 weeks later, an informal educational class led by the Haver Foundation. Each step of the programme was evaluated using a variety of methods such as mini-interviews, participants’ reports and questionnaires. Following a short literature review, this report intends to give a summary of the concept, structure, conclusions and results of the project. The report is dedicated to participants and leaders of similar initiatives, as well as to a wider audience of individuals interested in the topic.
Author(s): Cronin, Joseph
Date: 2018
Author(s): Burke, Shani
Date: 2018
Date: 2018
Abstract: Jede Vertreibung, Migration oder Flucht hinterlässt ihre Spuren in den Biografien der betroffenen Individuen und in der Geschichte ihrer Familien.
Psychosoziale Dienste berichten demzufolge, dass eine stetig wachsende Zahl von ratsuchenden Shoah-Überlebenden und deren Angehörige unter psychischen Problemen leidet, die mit ihren migrationsbedingten Erfahrungen in einen Zusammenhang gestellt werden können.
Unter welchen Umständen und mit welcher Intensität sich einschneidende biografische Erfahrungen traumatisierend und mit auffälligen Symptomen auswirken, hängt sowohl von der Persönlichkeitsstruktur und den affektiven Reaktionsmustern des Individuums ab als auch von den gesellschaftlichen Bedingungen des Landes, in dem sich die Betreffenden niederließen, um einen biografischen Neuanfang zu wagen.
Die vorliegende Dokumentation versammelt die zentralen Beiträge einer internationalen Konferenz, auf der unterschiedliche Narrative und historische Rahmenbedingungen der verschiedenen Flucht- und Migrationswellen von jüdischen Überlebenden der Shoah nach dem Zweiten Weltkrieg aufgearbeitet und deren Auswirkungen auf die aktuellen Lebensbedingungen im Alter beleuchtet wurden.

Aus dem Inhalt

Gad Arnsberg Wer sind wir? Die Vielfalt jüdischen Selbstverständnisses in Deutschland nach 1945. Ein historischer Überblick | Jens Hoppe Erfahrungen von deutschen Juden, die die NS-Verfolgung in Deutschland oder im Exil überlebt haben. Eine historische Einbettung | Hans Jakob Ginsburg Doppelte Fremde: Jüdische Zuwanderer aus Osteuropa in der Bundesrepublik nach 1945 | Marianne Leuzinger-Bohleber Leben nach der Shoah: Psychoanalytische Überlegungen ausgehend von der Autobiografie des Psychoanalytikers und Traumaforschers Henri Parens | Gerda Netopil und Klaus Mihacek Psychotrauma im Alter. Eine Analyse des psychosozialen Modells ESRA | Amit Shrira Altern im Schatten transgenerativer Weitergabe der Holocaust-Erfahrungen | Julia Bernstein Multiple Traumatisierung ex-sowjetischer Juden vor und nach der Immigration | Martin Auerbach, Elise Bittenbinder und Lukas Welz Ein Zwiegespräch über Trauma, Flucht und Migration gestern und heute als Fortführung des Dialogs aus dem „PresentPast“-Projekt von AMCHA | Esther Weitzel-Polzer Chaos und Muster. Die Entwicklung einer transkulturellen Organisation am Beispiel eines jüdischen Altenpflegeheims in Deutschland | Andrea Schiff Stolpersteine im Umgang mit traumatisierten alten Menschen. Pflegewissenschaftliche Erkenntnisse für die Pflegepraxis | Jim Sutherland Shoah, Flucht und Migration aus britischer Perspektive. Die Arbeit des Vereins Association of Jewish Refugees (AJR) | Sara Soussan „Ehre Vater und Mutter“ — Der Anspruch des fünften Gebots im Spannungsfeld von Altwerden, Krankwerden und Verletztwerden | Doron Kiesel „Schnee von gestern“ — ein Film von Yael Reuveny | Christian Wiese Einsichten und Erkenntnisse

Author(s): Griffiths, Toni
Date: 2018
Abstract: This thesis critically examines the public representation of medieval Anglo-Jewish history today through a cross-section of medieval Anglo-Jewish communities which act as case studies; Winchester, York, Norwich, Bristol, and Northampton respectively. These case studies frame the investigation of issues associated with the limited and often contested archaeological evidence relating to England’s medieval Jews, as well as the frequent tendency of contemporary public facing history to focus on the negative aspects of medieval Jewish life, notably by highlighting persecution and victimisation. It also analyses the development of the most recent public facing interpretations of medieval Anglo-Jewish history in each location, which have been deliberately chosen to provide a range of towns and cities which contain evidence of alleged medieval Jewish human remains.

The assessment of key stakeholders in the public representation of medieval Anglo-Jews was central to this study, and as such this thesis carefully considered the roles of various stakeholders in the preservation and representation of medieval Anglo-Jewish history and memory. Within this thesis, each stakeholder had a valid voice in the assessment of how the history and memory of England’s medieval Jews had been treated and represented. Decolonialist research methodologies were herein utilised in order to fully address the complexities of the various voices of stakeholders; from the perspectives of individuals, communities, and organisations, through a sensitive approach towards respectful interviewing and data collection. This thesis, therefore, provides a uniquely rounded interpretation of stakeholder involvement and investment in how medieval Anglo-Jewish communities are remembered today.

The history and memory of medieval Anglo-Jews has been subject to periods of omission and marginalisation, with the study of medieval Jewish history often hindered by a lack of sources on everyday life. This thesis contributes to the increasingly multi- and inter-disciplinary study of England’s medieval Jews through the application of Death Studies, offers new hypotheses based on traditional Jewish approaches to death ritual and burial practice, and provides fresh insights into aspects of medieval Jewish life with a focus on the dead. 
Author(s): Fromson, Hadassah
Date: 2018
Abstract: This thesis aimed to explore whether religion, sexual knowledge and sexual attitudes impact sexual satisfaction amongst Orthodox Jews. This thesis intended to address weaknesses of previous research by using robust multidimensional measures of religion and sexuality and focusing on a specific religious group. 515 participants completed measures circulated through an online survey. The measures used were: The New Sexual Satisfaction Scale; Centrality of Religiosity Scale (CRS); threes subscales of the Brief Sexual Attitudes Scale (Permissiveness, Communion and Instrumentality); and a new measure, the Brief Sexual Knowledge scale, developed for this study. Participants were also presented with optional open-ended questions that asked about their sexual expectations and sexual education. Religious level was categorised using self-defined groups for Religious Culture; Ultra-Orthodox, Modern-Orthodox and Non-Orthodox groups as well as CRS categories for Religious Practice; Highly Religious, Religious, Not Religious. The findings show significant differences in the sexual satisfaction between Religious Practice groups but not Religious Culture groups. Significant differences in sexual knowledge and sexual attitudes were found for both types of religious variables. A correlation analysis revealed that sexual satisfaction is positively correlated with CRS and Communion scores whilst negatively correlated with Sexual Knowledge, Permissiveness and Instrumentality scores. Communion and Sexual Knowledge were significant predictors of sexual satisfaction in a multiple regression analysis. The findings of this study enhance theoretical understanding of religion and sexuality and address gaps in the literature. Clinical implications for therapists working with Orthodox Jewish clients suffering from sexual dissatisfaction are discussed.
Author(s): Davis, Angela
Date: 2018
Date: 2018
Author(s): Arkin, Kimberly A.
Date: 2018
Author(s): Allington, Daniel
Date: 2018
Abstract: Existing research suggests that, in contemporary liberal democracies, complaints of racism are routinely rejected and prejudice may be both expressed and disavowed in the same breath. Surveys and historical research have established that – both in democratic states and in those of the Soviet Bloc (while it existed) – antisemitism has long been related to or expressed in the form of statements about Israel or ‘Zionist’, permitting anti-Jewish attitudes to circulate under cover of political critique. This article looks at how the findings of a survey of anti-Jewish and anti-Israeli attitudes were rejected by users of three Facebook pages associated with the British Left. Through thematic discourse analysis, three recurrent repertoires are identified: firstly, what David Hirsh calls the ‘Livingstone Formulation’ (i.e. the argument that complaints of antisemitism are made in bad faith to protect Israel and/or attack the Left), secondly, accusations of flawed methodology similar to those with which UK Labour Party supporters routinely dismiss the findings of unfavourable opinion polls, and thirdly, the argument that, because certain classically antisemitic beliefs pertain to a supposed Jewish or ‘Zionist’ elite and not to Jews in general, they are not antisemitic. In one case, the latter repertoire facilitates virtually unopposed apologism for Adolf Hitler. Contextual evidence suggests that the dominance of such repertoires within one very large UK Labour Party-aligned group may be the result of action on the part of certain ‘admins’ or moderators. It is argued that awareness of the repertoires used to express and defend antisemitic attitudes should inform the design of quantitative research into the latter, and be taken account of in the formulation of policy measures aiming to restrict or counter hate speech (in social media and elsewhere).
Author(s): Somers, Ali
Date: 2018
Date: 2018
Abstract: ON NE PEUT RAISONNABLEMENT PAS PARLER DE BAISSE DE L’ANTISEMITISME

Le nombre d’ACTES antisémites (ACTIONS + MENACES) ayant donné lieu à un dépôt de plainte est passé de 335 en 2016 à 311 en 2017. Soit une baisse de 7%.

‣ Mais ce chiffre est faussement encourageant. Relevons certaines réalités qui doivent être prises en compte dans l’analyse:

Le nombre des ACTIONS antisémites (attentat ou tentative, homicide ou tentative, violence, incendie ou tentative, dégradation ou vandalisme) ayant donné lieu à un dépôt de plainte est passé de 77 en 2016 à 97 en 2017. Soit une hausse de 26%.

Parmi ces violences, notons l’assassinat sauvage de Sarah Halimi (z’l), une femme de 65 ans, à son domicile dans le 11ème arrondissement de Paris.

Le nombre des MENACES antisémites (propos / geste menaçant ou démonstration injurieuse, tract / courrier, inscription) a diminué de 17% en 2017 comparativement à 2016 (214 contre 258).

Précisons que plusieurs facteurs viennent relativiser cette baisse :

✓ La comptabilisation des MENACES n’inclut que quelques faits relevés sur Internet mais pas la pleine activité antisémite sur Internet. Or, la majeure partie des discours et propagandes antisémites a migré vers Internet ces
dernières années.
✓ Le curseur de l’antisémitisme en France est allé tellement loin, jusqu’au terrorisme, assassinant même des enfants, des vieilles dames, que les témoins ou victimes de « l’antisémitisme du quotidien » manifestent une
sorte de résignation et d’habituation. Ils ne déposent plus plainte pour des faits considérés comme « mineurs » comparativement aux violences physiques antisémites. Or ces mêmes actes du quotidien donnaient lieu à
des plaintes il y encore quelques années. Une partie de ces « signaux plus faibles » ne sont plus dénoncés alors que leur gravité et leurs conséquences désastreuses restent entières

De nombreuses victimes d’actes antisémites disent ne pas porter plainte par peur de représailles.
✓ De nombreuses victimes d’actes antisémites sont peu confiantes sur l’aboutissement d’une enquête et sur l’issue d’une procédure pénale.
Le nombre des MENACES antisémites ayant donné lieu à une plainte représente donc un volume très inférieur à la réalité.
En 2017, une augmentation très forte des ACTIONS antisémites (+26%) et une baisse « artificielle » des MENACES (-17%) conduisent à une vraie inquiétude et à la nécessité de plans d’action forts et immédiats en matière d’éducation, de prévention et de sanction.
‣ 1 acte raciste sur 3 commis en France en 2017 est dirigé contre un Juif. Rappelons que les Français juifs représentent moins de 1% de la population et subissent 33% des actes racistes.
‣ L'antisionisme et la haine d'Israël prolifèrent de façon décomplexée, voire admise. Ils oeuvrent comme des paravents masquant, voire légitimant l’antisémitisme. Comment mesurer et étudier un phénomène pour le combattre si on lui permet de se dissimuler ? Comment cautionner un délit par un autre délit ?
Date: 2018
Abstract: Очередной том фундаментальной серии «Народы и культуры» посвящен истории и культуре евреев на территории Российской империи, СССР и стран СНГ. В монографии рассматриваются общие вопросы происхождения и истории еврейского народа, особенности историкоантропологического облика и языков, а также проблемы изучения еврейского фольклора и этнографии. Основное внимание уделено этнополитической истории и своеобразию традиционной культуры российских евреев: их занятиям, костюму, обрядам жизненного цикла, религиозным праздникам, пище, народным знаниям, фольклору, декоративно-прикладному искусству, образованию. Специальные разделы освещают многообразные процессы, протекающие среди евреев в современном мире, взаимоотношения евреев с другими народами. В отдельных разделах даны историко-этнографические материалы по неашкеназским группам: грузинским и бухарским евреям и иудействующим. В создании тома приняли участие историки, филологи, этнографы, антропологи, социологи, фольклористы из России, Украины, Израиля и Франции.
Для историков, этнологов, культурологов, специалистов в разных областях иудаики, студентов профильных вузов и кафедр, широкого круга читателей
Editor(s): Shainkman, Mikael
Date: 2018
Abstract: This book illustrates the two clear trends in antisemitism today: “old” antisemitism, based in religious and racist prejudices, which has largely disappeared from public discourse in the West after the defeat of Nazi Germany, but has resurfaced in the last quarter-century in the face of right wing frustration of weakening nation states in a globalized world; and “new” antisemitism, or the antisemitic narrativization of Israel, which is most commonly found on the Left, in the Muslim world, and in the post-colonial discourse.

This collection of essays analyzes both old and new antisemitisms, in order to understand their place in the world of today and tomorrow. It is written by experts in the field of antisemitism working for, or connected with, the Kantor Center for the Study of Contemporary European Jewry at Tel Aviv University.

Table of Contents
Acknowledgments

Introduction: The Continuity and Change of Antisemitism
Mikael Shainkman

Different Antisemitisms: On Three Distinct Forms of Antisemitism in Contemporary Europe, with a Special Focus on Sweden
Lars Dencik and Karl Marosi

Holocaust Memory and Holocaust Revisionism in Poland and Moldova: A Comparison
Natalia Sineaeva-Pankowska

Honoring the Collaborators: The Ukrainian Case
Irena Cantorovich

The Rise of the Radical Right in Europe and the Jews
Michael Whine

The Worrisome Defiance of the Golden Dawn
Michal Navoth

The Struggle over the International Working Definition of Antisemitism
Dina Porat

Discrimination against Muslims and Antisemitic Views among Young Muslims in Europe
Günther Jikeli

Debates on Islamized Antisemitism in Austria in the Wake of the Israel-Gaza Conflict, 2014
Julia Edthofer

Antisemitism and the Struggle for the “Good” Society: Ambivalent Responses to Antisemitic Attitudes and Ideas in the 2014 Swedish Electoral Race
Kristin Wagrell

Mohamed Omar and the Selective Detection of Non-Nazi Antisemitism
Mathan Ravid

After the Charlie Hebdo Attack: The Line between Freedom of Expression and Hate Speech
Andre Oboler

Online Antisemitic Propaganda and Negationism in the Islamic Republic of Iran: Ahmadinejad and His Enduring Legacy
Liora Hendelman-Baavur

The Nisman Case: Its Impact on the Jewish Community and on National Politics in Argentina
Adrian Gruszniewski and Lidia Lerner

Venezuela’s 2012 Presidential Elections: Introducing Antisemitism into Venezuelan Political Discourse
Lidia Lerner
Date: 2018
Date: 2018
Abstract: Реализация этого проекта предполагала включение 25 вопросов в ежемесячный опрос по общенациональной выборке. Опрос был проведен 23–30 августа 2018 года по репрезентативной
всероссийской выборке городского и сельского населения объемом 1600 человек в возрасте от
18 лет и старше в 136 населенных пунктах, 52 субъектах РФ. Исследование проводилось на дому
у респондента методом личного интервью. Распределение ответов (если не указано иное) приводится в процентах от общего числа опрошенных. Полученные данные дополнены результатами и
выводами из аналогичных исследований Левада-центра, проводимых с 1990 года, прежде всего –
материалами июльского опроса 2018 года.
В настоящем Отчете акцент сделан на анализ ксенофобских установок и их изменений в России;
меньшее внимание уделено потенциалу и угрозе, вызванных антисемитизмом, поскольку сравнительно недавно (в 2016 г.) Левада-центром были проведено большое исследование населения
России по этой проблеме, а в 2018 году отдельно - опрос евреев России по этой же теме (количественный опрос и серия фокус групп)1
, посвященных среди прочего динамике ксенофобских
и антисемитских настроений в обществе и форм их выражения, а также оценкам потенциальных
угроз российскими евреями
Date: 2018
Abstract: В настоящем исследовании была использована значительная часть вопросов общеевропейского
опроса, проводившимся Агентством Европейского Союза по основным правам (АОП) в восьми
странах Европейского Союза в 2012 году1
, направленного на мониторинг антисемитизма, личного
опыта опрошенных с подобными проявлениями, среди еврейского населения 8 европейских
стран.2
Использование одних и тех же вопросов дает возможность сравнить мнения и оценки
российских евреев с такими же оценками среди евреев из других стран, то есть оценивать современный масштаб антисемитизма в России в общеевропейском контексте. Отметим, что методика
европейского опроса иная, в отличие от российского опроса, проводившегося методом интервью face-to-face, европейское исследование – опрос онлайн. Это означает, что респонденты самостоятельно принимали решение отвечать на анкету. Несмотря на эти методические расхождения, мы считаем возможным сравнение полученных нами данных с европейскими, поскольку
они указывают на общие тенденции.
Все приводимые в настоящем отчете данные представляют собой распределение ответов (процент ответов к числу всех опрошенных, равное 517 человек, старше 16 лет, если не указано иное).
Отправной точкой для проведения настоящего исследование служит представление, что в последние многие годы мы не наблюдаем явного роста антисемитизма, основанное на результатах предыдущих массовых общероссийских исследований, проведенных по заказу РЕК. На фоне
весьма высокого уровня ксенофобии, нараставшего с середины 1990-х гг. по отношению к представителям различных этнонациональных общностей, прежде всего – к приезжим из кавказских
и среднеазиатских республик бывшего СССР, массовый негативизм по отношению к евреям выражен достаточно слабо. Но таковы были зафиксированные в социологических опросах массовые
установки всего населения России. Общенациональная репрезентативная выборка не позволяла
при этом сколько-нибудь определенно судить о том, а как смотрят на те же самые проблемы сами
российские евреи, насколько они обеспокоены угрозой агрессивного национализма, расизма и
антисемитизма в России. Потребность ответить на эти вопросы обусловила проведение настоящего социологического исследования.
Date: 2018
Abstract: Настоящий отчет в основном описывает результаты качественных исследований 2018 г . Это была вторая волна фокус-групп и интервью, во многом продолжавшая и развивавшая исследование, первая волна которого прошла в 2015 г . и которая описана в соответствующем Отчете . Сведения об объеме и географии проведенных фокус-групп представлены в Приложении №1
Наряду с этим настоящее качественное исследование имеет целью дополнить и поддержать значительное по масштабам количественное исследование, проводимое одновременно Левада-центром в тех же городах (и ряде других) . Описываемые фокус-группы и интервью проводили модераторы Левада-центра А .Левинсон и С .Королева .
Приглашение респондентов из числа евреев осуществлялось через еврейские организации на местах . Контакты с этими организациями были установлены с помощью сотрудников Российского Еврейского Конгресса, за что мы им приносим свою благодарность . Приглашение других респондентов происходило силами местных маркетинговых и социологических агентств, сотрудничающих с Левада-центром .
Выборка для качественного исследования 2018 г . была построена так, чтобы в каждом из четырех городов провести встречи с местным еврейством и с представителями тех групп, которые образуют контекст или часть контекста для существования евреев . Поэтому в городах Дербент и Казань проводились фокус-группы с представителями мусульманского большинства, в городах Томск и Калининград – с представителями русского населения городов .
Исследователи полагали необходимым проверить гипотезу о том, что религиозность, т .е . включенность в жизнь религиозной общины и в соответствующее вероучение, влияет на восприятие проблемы антисемитизма . Поэтому были запланированы фокус-группы с евреями религиозными и с теми, кто себя к религиозным не относит . Такие же различия должны были быть в группах русских (относящие и не относящие себя к православным) и в группах мусульман, которые были разделены на «практикующих» (в Дербенте) и «этнических» (в Казани) . Мы не имели в виду обращаться к «истово-верующим» этих трех конфессий, поскольку это относительно узкие группы среди вообще «верующих»/ «практикующих»/ «религиозных» . Гипотеза нашла лишь частичное подтверждение . Среди евреев этот статус не влиял на их представление о наличии/отсутствии антисемитизма . Среди «практикующих» мусульман и православных было отмечен особый тип претензий к евреям и/или иудеям, не встречавшийся у тех, кто не причисляет себя к верующим . Претензии состояли в том, что иудеи считают себя выше нас – мусульман или православных . В остальном позиции людей более и менее вовлеченных в религию – в отношении обсуждаемых вопросов – не различались .
Author(s): Sheveliov, Dymitry
Date: 2018
Abstract: На протяжении почти 30 лет, прошедших после распада СССР в 1991 году, численность еврейского населения Беларуси постоянно сокращалась вследствие ассимиляции, естественной убыли (депопуляции) и особенно ‑ эмиграции из страны. Еврейские общинные организации оценивают численность еврейского населения республики на сегодняшний момент либо 9-15, либо 30-40 тысяч человек. Тем не менее, в стране действует разветвленная сеть городских, религиозных, культурных и других еврейских организаций, объединенных в три, иногда соперничающие друг с другом «зонтичные» структуры. Лоббистские возможности еврейских организаций, которые в Беларуси, в отличие от иных постсоветских республик, не находятся под опекой крупного частного бизнеса или межрегиональных еврейских объединений, ограничены и потому фактически зависят от личных связей отдельных общинных лидеров с представителями власти. Интерес широкой публики к еврейской истории и культуре; желание властей превратить еврейскую историю Беларуси в дипломатический и политический бренд и продвижение, в рамках политики развития туризма в стране, идеи международного еврейского паломничества к «сакральным иудейским объектам», по аналогии с паломничеством иудеев на Украину в период осенних праздников ‑ перспективы общинной жизни Беларуси в ближайшие годы.
Date: 2018
Abstract: This article analyses the results of a study conducted for the Russian Jewish Congress in 2018. 517 people over the age of 16, living in 21 towns in the Russian Federation and identifying as Jews were interviewed. The goal of the study was to establish the scale of modern day anti-Semitism in Russia and to put it into all-European context. With this goal in mind the scientists used a considerable part of the questions from the all-European survey conducted
by the European Union agency for Fundamental Rights in 8 EU countries in 2012. The use of the same questions allowed to compare the views and evaluations of Russian Jews with those of Jews from other countries, that is to evaluate the modern scale of anti-Semitism in Russia in a European context. Anti-Semitism in Europe and in Russia is similar in several ways. It’s most often demonstrated in the form of offences, threats and publishing
of anti-Semite materials in the media. The main platform for expression of anti-Semite views today
is the Internet. Nevertheless, Russia differs from European countries in several important aspects.

Firstly, the origins and nature of anti-Semitism are different. In Russia anti-Semitism is built into xenophobia and is most often expressed on a mundane level. Its carriers are average citizens and not members of certain (neo-nazi) organizations. Xenophobia in Russia is, in turn, oriented against the “ethnically different” and not Jews who are
after all considered ‘insiders”. Secondly, there’s no anti-Zionist component in Russian anti-Semitism,
unlike European countries, where waves of antiSemitism are closely tied with Israel’s policies in the
Middle East.
Date: 2018
Abstract: This article is about new identities experienced by Russian Jews and the construction of the Jewish community. Jewish identity in the Soviet Union was based solely on ethnicity. Soviet passports contained the graph of ethnicity and Jews were considered to be a nationality. It is important to stress on the fact that Jewish identity in the Soviet Union can be characterised as a negative one. It was through the State antisemitism that Jews were defined, being suppressed and discriminated in the social field. With the collapse of The Soviet Union, the situation changed dramatically: those who had been discriminated obtained a rare opportunity to reconstruct their Jewish identity through religion, the rebirth of Jewish
tradition and equal rights with the rest of the population. With all that, the auto-definition through ethnicity still persist, among the young generation as well as among the older ones. The quantitative part of my research shows that around 50% of respondents suppose that it is one’s parentage that defines one’s jewishness. In this work I also pay attention to family
transmission and collective memory and their contribution to the construction of new types of identities. I show that the identity the young generation obtained from their parents needed to be developed in the new post-soviet reality. So, they have transformed the “passive”, negative
Soviet-time identity into new ones, religious or secular, - the principal point is that they are “active”. The construction of active identity demands the construction of the environment, the community. In the second part of the article I demonstrate the way this community functions in social, cultural and political spheres. I take the president elections of 2018 in Russia as an example of community act, following the possible trajectories of vote as well as problematizing the existence of community vote among Jews on contemporary Russia. Within the framework of the research I took 20 interviews with Jews from different types of communities: the orthodox communities, the reformist one, as well as from so called “secular Jews” attending events in various Jewish clubs and organisations. I also distributed a questionnaire (100 answers) containing questions on the two basic topics of the research: the construction of Jewish identities and the political identity of the respondents.
Author(s): Vedenyapina, Dasha
Date: 2018
Abstract: My thesis is about new identities experienced by Russian Jews and the construction of the Jewish community. Jewish identity in the Soviet Union was based solely on ethnicity. Soviet passports contained the graph of ethnicity and Jews were considered to be a nationality. It is important to stress on the fact that Jewish identity in the Soviet Union can be characterised as a negative one. It was through the State antisemitism that Jews were defined, being suppressed and discriminated in the social field. With the collapse of The Soviet Union, the situation changed dramatically: those who had been discriminated obtained a rare opportunity to reconstruct their Jewish identity through religion, the rebirth of Jewish tradition and equal rights with the rest of the population. With all that, the auto-definition through ethnicity still persist, among the young generation as well as among the older ones. The quantitative part of my research shows that around 50% of respondents suppose that it is one’s parentage that defines one’s jewishness. In this work I also pay attention to family transmission and collective memory and their contribution to the construction of new types of identities.

I show that the identity the young generation obtained from their parents needed to be developed in the new post-soviet reality. So, they have transformed the “passive”, negative Soviet-time identity into new ones, religious or secular, - the principal point is that they are “active”. The construction of active identity demands the construction of the environment, the community. In the second part of the thesis I demonstrate the way this community functions in social, cultural and political spheres. I take the president elections of 2018 in Russia as an example of community act, following the possible trajectories of vote as well as problematizing the existence of community vote among Jews on contemporary Russia.

Within the framework of my thesis I took 15 interviews with Jews from different types of communities: the orthodox communities, the reformist one, as well as from so called “secular Jews” attending events in various Jewish clubs and organisations. I also distributed a questionnaire (84 answers) containing questions on the two basic topics of the research: the construction of Jewish identities and the political identity of the respondents.
Date: 2018
Date: 2018
Author(s): Hoření, Karina
Date: 2018
Abstract: Stereotypy o Romech a Židech v české společnosti. Jaké jsou a jak s nimi pracovat?

Jak funguje vzdělávání proti předsudkům v českých školách a jaké jsou příklady dobré praxe?

Tým ze Sociologického ústavu Akademie věd na datech z posledních let ukázal, jak jsou v české společnosti rozšířené stereotypy o Romech a Židech. Jedním ze zjištění je, že menší předsudky vůči Romům mají lidé, kteří se s nějakými Romy osobně znají.

Škola je jedním z nejdůležitějších míst, kde je možné pozitivně ovlivnit postoje mladých lidí. Tým Ústavu pro studium totalitních režimů se proto ptal učitelů a lektorů, jaké jsou jejich zkušenosti se vzděláváním k toleranci. Nabízíme doporučení, jak pomoci školám efektivně oslabovat předsudky.

Zjistili jsme, že předpokladem úspěchu je spolupráce celé školy. Další úspěšnou strategií je podpora setkávání žáků z různých sociálních skupin. Je rovněž třeba podporovat vzdělávání učitelů tak, aby dokázali ve třídě zvládat debatu o kontroverzních tématech.

Výsledky výzkumu jsme shrnuli do závěrečné zprávy, v níž najdete:

Kvalitativní i kvantitativní shrnutí současné praxe vzdělávání pro toleranci, realizovaných programů a jejich podpory.
Naše doporučení pro donory, jak efektivněji nastavit projektovou podporu, a pro školy a pedagogy, jak s předsudky ve škole lépe pracovat.
Rozsáhlou studii o postojích české společnosti vůči Romům a Židům.

Date: 2018